Консервативные историки, обвиняя Рузвельта, называли его политическим «лгуном». Они указывали, что в практической деятельности Рузвельт поступился всеми обещаниями, высказанными во время предвыборной кампании 1932 г. Лидер демократов, доказывали они, обещал укрепить золотой стандарт, сократить налоги, ликвидировать бюджетный дефицит, но в действительности взвинтил налоги и увеличил многократно дефицит.
Одно из наиболее распространенных обвинений консервативных историков по адресу «пью дилеров» — нарушение ими конституции США. Отмечалось, например, что федеральная конституция строго регламентировала прерогативы конгресса, делегированные ему в целях достижения «всеобщего благоденствия», но Рузвельт и демократическая партия пренебрегли этими ограничениями. Особенно подчеркивалось, что конституция разрешала федеральным властям лишь регулирование «коммерции», т. е. торговли, между штатами, никак не предполагая регулирования промышленности, к которому прибег президент. Рузвельту вменялось в вину разрушение основ федерализма, узурпация прав штатов, прямое покушение на права собственности и узурпация частной собственности в форме незаконных видов налогообложения70.
В поисках истоков рузвельтовской «тирании» консервативные авторы обращались к реформистским преобразованиям начала XX в. и обрушивали гнев на поправку к конституции 1912 г., декларировавшую право федерального правительства на сбор подоходных налогов. Консервативная критика являла собою пример легалистско-правовой интерпретации, полностью игнорировавшей социально-экономическую обусловленность как «нового курса», так и государственно-монополистического регулирования. Консервативные историки исходили из того, что, оставаясь в рамках традиционно-индивидуалистического подхода и конституционализма, можно было вполне справиться с последствиями социально-экономического кризиса 1929 г. Любопытно, что некоторые из них придерживались рецептов, схожих с монетаристским подходом рейгановской администрации к экономическим проблемам современных США.
стихи о любви
