При этом государственная политика «агрессивного» дефицитного финансирования, которая, согласно неокейнсианской теории, являлась главным средством государственно-монополистического поддержания и стимулирования капиталистического роста, регулирования совокупного спроса и предложения, не дала какого-нибудь ощутимого экономического эффекта. Более того, экономические показатели американского государственно-монополистического капитализма резко ухудшились. Если в 1961—1969 гг. среднегодовой темп прироста валового национального продукта составлял 4,3 %, а промышленного производства — 5,9%, то в 1971—1979 гг. — соответственно 3,2 и 3,9%, при этом во второй половине 70-х годов эти показатели составили 2,5 и 2,7 %66. Доля США в суммарном промышленном производстве капиталистического мира снизилась за 30 лет (с 1948 г.) с 49,8 до 37,3%. Соответственно снизилась доля промышленной продукции США на мировом капиталистическом рынке. На рубеже 80-х годов США оказались на седьмом месте среди капиталистических стран по производству валового национального продукта на душу населения, а по уровню жизни — даже на десятом.
Усиление кризисных явлений американского капитализма принуждало правительство США хвататься за самые разные, зачастую взаимоисключающие друг друга средства их врачевания. Так, традиционные антикризисные и антициклические меры — дефицитное финансирование, снижение налогов и ссудного процента — были несовместимы с антиинфляционными мерами — сокращением государственных расходов, повышением налогов и ссудного процента. Государственно-монополистическое регулирование в США зашло в тупик, «государство всеобщего благоденствия» стремительно приближалось к банкротству. Это не могло не повлиять на отношение к нему буржуазной идеологии.
популярные стихотворения
